"Раньше, годов этак до девяностых прошлого века, весь мир был горстью крошечных мирков. Разных кусочков, едва связанных между собой. Можно было прожить всю жизнь, но так и не узнать, что гремит на другом конце света. Или о том, что было на твоей родной земле за десять лет до твоего рождения. Что-то приходило в мир, заставляло людей замирать в надежде, бороться, ненавидеть... и, отгремев, уходило. И пропадало, будто его и не было... Кому нужны воспоминания беззубых стариков, обрывки старых, желтых от древности газет или чудом уцелевшие записи телепередач в хранилищах новостных агентств?

То ли дело теперь. Теперь не то что какой-то значимый для истории факт - теперь любой пустяк, любое слово, сказанное на каком-нибудь форуме или даже чате, застревает в рыскающих по сети поисковых машинах. И остается там навсегда. Присоединяется к налету всемирной патины, делается ее неотъемлемой частью...
Вы уже сами забыли, что сказали это. Забыли повод, заставивший вас вступить в сетевой треп, забыли людей, с которыми спорили. Вы почти забыли себя самого, каким были в тот момент, - а в сети, в мировой патине, это все есть. И это всегда, в любой момент можно там найти. И через год, и через десять. И наверно, можно будет найти и через сто.

Теперь призраки прошлого не уходят. Они не пропадают безвозвратно вместе со сносимыми домами-развалюхами и гниющими на свалках старыми вещами. Нет, теперь призраки прошлого оккупируют сервера и тихо дремлют там, как привидения, пока кто-нибудь не введет в поисковую машину нужную комбинацию слов - словно заклятие, оживляющее древних призраков, вырывающее из прошлого кусочки чужих душ...

Наверно, сейчас любой трижды подумает, что сказать в "открытой" сети - на тех серверах, что открыты для свободного доступа и, значит, для всевидящего ока поисковых машин. И скорее всего, он многое бы дал, чтобы из сети пропали следы того, что наговорено в юности.

Наивная юность, когда удержу нет, когда хочется проявить себя и всем показать, какой ты интересный, необычный и замечательный, когда слова льются неудержимым потоком, раскрывая тайнички души, все, что в них содержится, и даже больше: как устроены полочки в этих тайничках, на которые потом, в течение всей жизни, будут укладываться новые впечатления, - прямо как программка в театре. Краткий конспект того, что же из тебя получится потом: и через год-два, и в зрелые годы, и в далекой старости. Или, по крайней мере, может получиться. С очень большой вероятностью.

Это ключи, которыми тебя можно отпереть. Как на ладони все твои интересы, все твои желания, все твои мечты... И все твои слабости.
И через несколько лет, когда ты начинаешь это понимать - ты уже не так откровенен. Тебе хочется прикрыться раковинкой таинственности, оставив снаружи лишь тщательно отобранное, то, что должно играть на нужный имидж, а все остальное, все истинные желания и слабости спрятать подальше от чужих глаз. И, конечно же, дико хочется убрать все следы того, что ты наговорил раньше.

Но вот беда, это невозможно.

Базы данных. Поисковые машины. Машины-архивы с временными срезами всех сайтов сети, какими они были год назад, десять или тридцать лет назад... Это тысячи, сотни тысяч серверов, разбросанных по всему миру. Их не под силу очистить от неугодной информации даже самой крупной спецслужбе.

Как только кто-то начинает что-то вычищать - массированно, уговаривая каждого владельца поисковой машины или архива убрать лишнее, а если хозяин не соглашается, просто взламывая его сайты и вычищая ненужную информацию без его желания, - тут же поднимается гомон на всю сеть.
И находятся десятки, сотни умников, все эти изнывающие от безделья и переходного возраста начинающие хакеры, которых хлебом не корми, дай только поиграть с программистами спецслужб, почувствовать себя пусть и прыщавыми, но уже важными птичками, которым сам черт не брат...
И попытка вычистить любую информацию, давно пустившую корни в сети, оборачивается сететрясением. Вызывает фонтаны информации - той самой, которую и хотелось бы скрыть...

Впрочем, для кого-то это беда, но для тех, кто хочет найти нужную информацию, это не так уж плохо, верно?"

(с) Иван Тропов, "Крысолов"